Киноантропология

Здравствуйте! В прошлый четверг было нам не скучно. Ну, во-первых, я показала заявленный фильм. И была у меня тема, касающаяся меня близко. Дружба. Я утверждала и утверждаю, что дружба - это одна из форм любви, доступных любому человеку. Это дар, когда ты вдруг чувствуешь другого как близкого. Все, кто переживал это, знают, что обретение друга переживается почти как влюбленность, как нежданная радость и ценность. И верность другу не вызывает сомнения, в том смысле, что должна быть. И проявления дружеских чувств становятся такой же потребностью человека, выражение радости.
Возвращаясь к тому, как проектировался Клуб, стоит вспомнить, что мы ставили цель “сшивать” культурные разрывы, произошедшие за последние 20 лет, что бы не дать пропасть тем ценностям и смыслам, которые составляют ядро нашей культуры и понимания мира. Я утверждала, что в эпоху перемен и социальных катаклизмов самое осмысленное действие культурного человека - хранить и транслировать собой ценности. Хранить верность тому, что делает нас людьми, даже если ничто из окружающей действительности не дает для этого повода. Быть тем, кто ты есть можно только не “благодаря тому, что…”, а “не взирая на…”. И одной из самых уязвимых за последнее время оказалась дружба. С друзьями начинали бизнес и их же первых учились “кидать”. Предать, вообще-то, можно только друга. По отношению к врагу это называется другими словами. Вместе с друзьями пытались выживать и не выдерживали первых же искушений завистью. Погружаясь в яркие картинки вновь возникающих развлечений забывали, что друг - это не тот с кем проводишь время, а с кем тебе радостно находится вместе. Первый удар по дружбе нанесла мысль, что благополучие мое важнее, чем дружба. Деньги важнее, чем верность. Как только деньги заняли место самой объемлющей рамки для оценки достижений, все стало конвертироваться в деньги тем легче, чем тоньше материя. деньги не плохи и не хороши. Они символическая единица с переменным значением. Как только деньги стали основным оператором для организации понимания себя в мире, многие ценности исчезли, потому что деньги их не способны различать.
Второй удар по дружбе нанесла глобальная культура постмодерна, которая все человеческие взаимодействия стала рассматривать переводя через секс. Переживания стали сравниваться с сексуальными, действия стали рассматриваться как символы секса. В психологическом пространстве секс занял место денег во внешнем мире. Произошла фундаментальная подстановка, что секс есть любовь. Одновременно стало подразумеваться, что любовь есть секс. Дальнейшее было логично - все проявления человеческой любви стали подозреваться как пути к сексу. Лавинообразное увеличение гомосексуальных отношений вписывается в эту картину совершенно логично. Если я чувствую любовь к человеку (любому) - значит с ним нужно переспать. Если кто-то проявляет любовь к человеку своего пола, значит почти наверняка они любовники. Возникла самоцензура на проявление и выражение чувств, подозрительность к другим и себе. Свои дружеские чувства некоторые стали глушить и изгонять, опасаясь, что заразились всесильной болезнь гомосексуальности. Лучше от греха подальше не дружить, а то вдруг я стану голубым или розовой. И в обратную сторону, люди, стремящиеся к дружеским отношениям, начинают утверждать, что они такие по нетрадиционной ориентации. Иначе не понятно им, что же с ними происходит. Гомосексуальность держится в популяции примерно одинаково по биологическим основаниям, а по культурно-социальным взлетает до невероятного уровня именно в периоды деградации культурных образцов. Ровно это и происходит, как я это вижу.
В михалковском фильме есть то, что я уже давно не вижу. Нежное отношение к другу. Весь фильм пронизан дружбой, как состоянием. И это оставляет чувство восторга и свободы. Истинный признак любви - она дает чувство свободы. Если любовь несет страх - есть сильные основания усомниться в том, любовь ли это. И верность становиться верностью своей радости и свободе. И хранить ее не просто можно, а легко. Если не продавать радость в душе за похлебку в тарелке.
И вообще, давно я не восхищалась героем фильма  так  сильно и без смущения за свою наивность.  Шилов - это красиво, даже если такое и не существует в реальной жизни.  Должно такое быть.  Должен человек  быть зависим от близких людей и при этом совершать свои поступки и  делать как сам  знает. В фильме это еще и показано как единственно правильная стратегия поведения в лихой ситуации.

Чем на данный момент занимаются критики в сфере кино? Они обслуживают потребителя. Статьи в Афише, Total Film, всевозможном глянце и на сайтах используются зрителем либо как компас - идти или нет, либо как подтверждение собственного убеждения в том, насколько фильм хорош. Времена, когда критики с восторгом первооткрывателя возносили очередной шедевр на высоты Олимпа или же разбивали в пух и перья наглого выскочку-режиссера, прошли. Потребление аналитических текстов о кино осталось лишь в узком кругу, где жизнь искрится так же, как на черном квадрате Малевича.
О чем говорят критики, пишущие на потребу публике (высоколобых киноведов оставим в покое)? Направления: ново - старо, забавно - уныло, смело - убого, развлекает - усыпляет. Словом, вариаций немного. Тем, кто кино делает, от перьев критиков ни горячо, ни холодно. Может, тщеславные актеры почитывают вирши о себе или выискивают имена в статьях - мне неизвестно. У критиков есть “шкаф с отделениями”, и каждый продукт отправляется на свою полку со шкалой ценности для зрителя. Зритель ест и соглашается, либо нет.
“Страстная и захватывающая “песнь” об американском футболе, снятая в бешеном темпе и со свойственной Оливеру Стоуну зрелищностью”.
“Старик Дзеффирелли сильно облегчил себе жизнь просто тем, что правильно выбрал Айронса и Ардан   абсолютно идеальную экранную пару с легким налетом мистического сходства”.
“Верный принципу ломать барьеры и таранить табу, Канн в этом году предлагает богатую коллекцию эротики, близкой к порно”.
Это - цитаты из рецензий. Понятно, что, вырванные из контекста, они блеклы. Я ни принизить авторов, ни умалять необходимости в подобном продукте не собираюсь. Просто, увы, кинокритика - вещь в себе. Уже есть сайт ilovecinema, где свою рецензию может разместить любой желающий, у сайта своя аудитория, и есть зрители, которые доверяют этим статьям. Другой вопрос - как еще рецензия может быть использована, кроме прочтения? То-то и оно. Нет диалога. Ради диалога и был создан клуб “Киноантропология”.
У некоторых критиков есть дополнительная форма оценки искусства кино - дайджест. Лучшие фильмы года или сборники а-ля “1001 фильм, который необходимо посмотреть”. Чтобы что?
Нет, так далеко они не заглядывают. Зато вы легко будете разгадывать кроссворды и одной левой макнете в грязь умника, который возникнет на вечеринке с речью о том, что “Обитель зла” - лучший фильм 21 века. Увы, эти дайджесты ни о чем, в них нет ни структуры, ни направления, это - итоги, причем, ВСЕГДА ориентированные, прежде всего, на вкус критика. На вкусе далеко не уедешь.
В нашем клубе кино - инструмент, и мы пользуемся им. Не наоборот. Кино - повод для выхода в пространство смыслов и общения. Смыслы строят темы, из тем вычленяются выводы, из выводов растет структура “двадцатки”, над которой идет работа. Уже три месяца мы смотрим кино и обсуждаем то, что важно для нас. То, чем мы хотим поделиться. Это - не свод правил и не инструкции, не нотации и не указатели. Это - смыслы наших жизней, устремления, открытия, вера. Вопрос - КТО готов принять этот труд - не ключевой. Кто пытлив, ищет ответы - примет. Или вступит в разговор. Проект живой, и включиться в него можно на любом уровне - выбирай.
В Клубе три правила:
Первое - фильм предлагается участником клуба, и предложивший защищает свой выбор.
Второе - фильм подбирается по тезису, найденному во время обсуждения, тезису, важному для построения структуры “двадцатки”.
Третье - разговаривай с человеком до тех пор, пока он стремится тебя понять.
Правила (кроме первого, основного) появились во время работы, менялись атмосфера и методы, проект - живой, и у каждого участника есть право гордиться тем, что клуб не закоснел и не свалился ни в психологизмы, ни в ситуацию “как здорово, что все мы здесь”. На данный момент мы посмотрели 13 картин:
Путь в тысячу миль, 2005 год, режиссер Чжан Имоу
Святые из трущоб, 1999 год, режиссер Трой Даффи
Вечное сияние чистого разума, 2004 год, режиссер Мишель Гондри
Волшебная лампа Аладдина, 1966 год, режиссер Борис Рыцарев
Крупная рыба, 2003 год, режиссер Тим Бертон
Жил певчий дрозд, 1970 год, режиссер Отар Иоселиани
Земляничная поляна, 1957 год, режиссер Ингмар Бергман
Бесконечная история, 1984 год, режиссер Вольфганг Петерсен
Экзистенция, 1999 год, режиссер Дэвид Кроненберг
Простая история, 1999 год, режиссер Дэвид Линч
Нежная кожа, 1964 год, режиссер Франсуа Трюффо
Три могилы Мелькиадеса Эстрада, 2005 год, режиссер Томми Ли Джонс
Револьвер, 2005 год, режиссер Гай Ричи

Из них в “двадцатку” вошли 6 лент. При взгляде на список просмотренного возникает закономерный вопрос, который поднимали и участники клуба - почему так мало советского кино? Если задача клуба - отметить двадцать фильмов, которые должны посмотреть наши дети, чтобы понять нас, почему так мало НАС?! Попытаюсь сформулировать. Один из моих любимых фильмов - “Гараж” Эльдара Рязанова. Но, боюсь, что, кроме обнаруженных смыслов, для понимания теми, кто о советских временах знает лишь по анекдотам, придется писать трактат о социальных характеристиках населения СССР в семидесятые годы 20 века. Считаю, мы на верном пути, потому что киноязык, благодаря постмодернизму, изменился. И, чтобы “дети” поняли нас, проще всего пользоваться материалом, который ближе им. Более того, закралась мысль о том, что это скорее “детям”, для того, чтобы мы поняли их, следует использовать кино советского периода.
Вернемся к тринадцати. Те, кто предлагали фильмы и не смогли их защитить, посчитали, что мы “пустим неудачников в расчет” (я о фильмах, если что). Нет, ни один фильм не был принесен зря. Кроме, разве что, “Волшебной лампы+”, потому что обсуждение было, мягко скажем, единодушно елейным и шустрым.
Не забыть “ледового побоища” за “Вечное сияние+”. Обсуждение растянулось на три заседания, в ход шла тяжелая артиллерия и всевозможные доводы. Бились насмерть, потом что уткнулись в святое - любовь. Мы, кстати, так и не пришли к общему мнению по определению любви, но уже есть тема.
Фильм Бергмана подвел нас к вопросам “Меняется ли человек?” и “Как достойно прожить старость?”. “Экзистенция” - к тезису “Нельзя терять себя”. “Нежная кожа” Трюффо, несмотря на весь ужас, пережитый мной во время просмотра, навел на мысль о том, что Франсуа - демиург, решивший своим фильмом закрыть кинематограф вообще! Он своей въедливой сатирой бросает перчатку всем, предлагая закрыть темы брака, любви, семьи, ставя подпись в обвинительном приговоре - вы все виновны в банальности своих жизней! Ему ответили, кстати, и незамедлительно. Пришел постмодернизм и все старые шторы выбросил, порубив в капусту. Эстеты поохали, а мы имеем сейчас некий выхлоп пророчества. И “Револьвер”, подведший к идее “позитивного сценария выхода из безумия”. Так что - материал не отправлен на свалку, при составлении списка ссылки и подачи смыслов фильмов, не вошедших в “двадцатку”, будут учтены.
На данном этапе при утвержденных (не окончательно, кстати) лентах есть свод выводов:
1. Нужно пытаться прожить такие жизни, каждая из которых:

- меняет личные привычки, оставляя все необходимое,
- вовлекает интересных людей в твою жизнь, давая им самим возможность измениться;
- оставляет следы, которые не могут игнорировать ни люди, в том числе те, кто будет жить после, ни социальные машины.
2. По вере воздается; если человек становится избранным, он не сойдет с пути; а если идти дальше и рассматривать проекцию заданного смысла сквозь миры, то получается: человек ежедневно борется со своими грехами и это его право - ощущать себя Избранным, но с пути борьбы нельзя сворачивать, как нельзя и просто ступить на него, крича: я готов сразиться с силами зла! Иди - и ДЕЛАЙ!
3. При борьбе за свою картину мира стоит рисковать отношением окружающих, если ты хочешь попытаться жить по своим правилам. То, что принимает на себя навязанные рамки, умирает. И если ты готов в борьбе за свой мир идти до конца, ты сможешь изменить мир реальный.
4. Что такое мега-машины? Школа. Институт. Работа. Семья. Мы должны вести себя соответственно. Надевать маски. Понятно, что любовь от начальства и коллег нам не нужна, но мы желаем нравиться. И если вы будете идти против заведенных правил, попрете на территорию, огороженную красными флажками, вы настроите против себя элементы мега-машин. Несвободен тот, кто хочет стать элементом мега-машины, хочет быть угодным. И не понимает, что он угоден. Но потому, что его любят. Это - один из самых страшных элементов этой головоломки. Не определившийся, бесцельный, распадающийся.
5. Вера поможет тебе не только создать собственный мир, но и внести в мир реальный нечто из мира сказочного.
6. По делам познается человек, и насколько он стар - лишь его дело, немощность и никчемность его не годы подчеркивают, а его жизненная позиция. Другое дело, что кто-то может заметить - чем старше ты, тем меньше возможностей. Но ограничивает число возможностей лишь брошенный вызов. И посадить дерево, построить дом, сделать произведение искусства можно разными путями. Но выполнить свой долг, кидаясь навстречу волнам, игнорируя добрые советы, восставая против общества, делая что-то такое, за что прослывешь как минимум чудаком - это поступок в любом возрасте, и возможностей совершить такое - минимум.
Такие итоги. Впереди - фильмы Свой среди чужих, чужой среди своих Никиты Михалкова, Хроники обыкновенного безумия Петра Зеленки (от Кости), Не могу сказать “прощай” Бориса Дурова (от Марины), Рассекая волны Ларса фон Триера (от Вани), Красавица и чудовище (Дисней, предлагает Женя), Мисс Поттер Криса Нунана от меня+ и новые вершины, новые вопросы и ответы.
Наш клуб многое дал мне, я иначе смотрю на мир и себя в мире, что-то подтверждается, что-то отрицается. Меняться - в кайф. Стремиться - топливо. Постигать - голод. Общаться - свобода.

В прошлый четверг был “Револьвер”.  Кое что хочу сказать о заседании.
Критическая позиция в обсуждении очень приятная, но не самая конструктивная из возможных. Гриша принес фильм и в защите поставил проблему “как действовать, когда у тебя нет возможности действовать по аналогии”. Фактически это ситуация безумия. У тебя нет образцов и ты не можешь найти аналогий для ситуации в которой оказался. Окружающая тебя действительность ведет себя не предсказуемым и не понятным тебе образом. Это то, что в большей или меньшей остроте переживает любой человек, попавший в эпоху бурных перемен. У тех, кто ближе к эпицентру изменений есть только иллюзия, что они понимают, что происходит. Пройдет совсем не много времени и они утратят эту иллюзию, и окажутся в таком же положении как ранее те, кого они считали объектами в этих переменах. А себя, естественно, субъектами. Только люди, умеющие действовать в ситуации своего безумия могут не быть жертвами внешних обстоятельств. Вопрос не в том, сколько ты потерял при переменах. Сколько нового ты приобрел, это важнее. Поэтому то так важно рассматривать безумие не в клиническом залоге, а лично психологическом и социо-культурном. В “Револьвере”, Гриша прав, такая попытка обозначена. Но прав и Клуб - хиловатая попытка. А в ситуации организации современной жизни с постоянными переменными на поверхности и не сформулированными правилами в глубине, большую роль приобретают личные жизненные стратегии.
Клуб пытается научиться присваивать культуру (в данном случае кино) , тем самым формируя личные жизненные стратегии. Умение присваивать культуру и есть один из наиболее эффективных способов преодоления безумия. Причем под присвоением культуры я бы предлагала понимать не, опять же, освоение культурных стереотипов, а именно умение разглядывать образцы выживания. Культура как образцы выживания и эмоциональный ресурс. Нам придется научиться присваивать культуру в индивидуальном порядке, иначе невозможно вырваться из стратегий, употребляющих тебя. Вот где-то так.

Среди претензий, что предъявлялись нам некоторыми участниками заседаний Киноклуба, самой настойчивой и чуть ли не с обиженной интонацией предъявлялась следующая: “Это просто кино, почему вы лезете вглубь, вытаскивая из фильма то, чего там может и не быть?”. У нас есть ответ на это: “Если просмотренная лента поднимает смыслы существования человека, счастья, любви, отношений, семьи etc, значит   это есть внутри самого материала, даже если автор и не подразумевал эти смыслы напрямую”. Отсюда возникает следующий вопрос: “Почему тогда не принимаются доводы других сторон, которые видят свои смыслы в картинах, которые они защищают?”. Ответ: “Доводы всегда принимаются, если они соотносятся с материалом”. В этот четверг мы смотрели фильм спорный и неоднозначный для многих   “Револьвер” Гая Ричи. Скажу сразу   в “двадцатку” творение Ричи не вошло.

Гай Ричи ворвался в мир кино с дебютной лентой “Карты, деньги, два ствола”, о нем заговорили, как о славном продолжателе стиля Тарантино, ему подражали, и даже Брэд Питт мгновенно согласился сниматься в следующей картине Гая за символический гонорар. Вторая работа Ричи, “Большой куш”, подтвердила, что британцу не просто повезло   его стиль не спутаешь ни с чем, там и драйв, и азарт, и новаторство. Визуальное пиршество двух хитов последних лет   “Козырные тузы” и “Пристрели их!”   родственно адреналину первых лент Ричи. Потом Ричи стал мистером Мадонна, и снял жену в главной роли в фильме “Унесенные”. Критики дружно вынули с чердаков лопаты и заготовили эпитафии. Преданные фанаты плевались, но ждали четвертого фильма. И он вышел.

Это был один из идеальнейших трейлеров! Классическая музыка, безупречная операторская работа, выстрелы, рапид, смерть в каждом кадре. Лучше бы это оставалось трейлером. Сюжет: Джейк Грин вышел из тюрьмы. Спустя два года он с друзьями наведался в казино своего бывшего босса, мистера Маки. Там он получает карточку, в которой написано: “Езжай на лифте”. Но Джейк воспользовался лестницей, и упал в обморок. Пройдя обследование, он выясняет, что смертельно болен, жить ему осталось три дня. Также в фильме играют роли изречения Юлия Цезаря и Макиавелли.

Гипноз на меня не действует, и многократное повторение одних и тех же сентенций, кадров и унылая музыка не заставляют меня поверить происходящему, убедить в том, что это   не паранойя, а реальность. Фильм откровенно скучен. Если первые двадцать минут еще хочется разобраться в хитросплетениях, то потом одолевает зевота, а заумные речи кажутся слипшимся словоблудием а-ля “бла-бла-бла”. Монолог об алчности, оттененный роскошной девицей, посасывающей леденец, даже не смешон. Вставка анимации - дань моде. Трупы. Что я, кинотрупов не видел? Вон, двумя годами ранее Черная Мамба нарезала на антрекоты больше сотни человек, что дальше? Чем будете крыть, мистер Ричи? И режиссер кроет самой ненадежной валютой - списание бреда фильма на безумие главного героя. Как удобно!

Собственно, сухой остаток фильма - безумие непреодолимо. А как еще свести к общему знаменателю нагромождение лжи? Это и есть ложь - героя то сбивает машина, то нет. То он смертельно болен, а оказывается - ошибочка. Вот два друга, сидевшие в соседних камерах, а ручки-то, вот они, не было никаких друзей! Сцена в лифте беспомощна, сразу вспомнился “Бойцовский клуб”, где раздвоение раскрыто мощно и, несмотря на результат, более жестко, это была реальная борьба, а не цирк одного клоуна. Не спорю, Ричи умеет снимать вкусно, но свободы в этом фильме нет. Как нет и решения. Постмодернизм не дает ответов, он лишь указывает дорогу: “За свободой - это туда!”.

Мы в Клубе часто говорим о постмодернизме. Если кратко, то постулат данного течения таков: “Лишь уничтожив культуру, религию и все, что было создано человеком до нас, мы даруем человеку свободу”. И уничтожение идет. В нашей стране не столь интенсивно, но мы быстро учимся. Загвоздка лишь в том, что человек без культурного багажа+ исчезает. Он словно младенец, чистый и беспомощный. Та самая призрачная свобода без личного опыта и опыта предыдущих поколений - воплощенная смерть, погружение в Матрицу, только без сновидений.

Культурные разрывы на руку постмодернизму, поэтому я считаю работу нашего Клуба важной и своевременной. Потому что я против безразличия. Анекдот в тему:
“На Пушкинской площади гудит возмущенно толпа. Журналист подходит к одному из митингующих:
Кто вы и за что боретесь?
Мы пофигисты и нам все пофигу!
У, как интересно! И семья пофигу?
Пофигу!!!
И общество пофигу?
Пофигу!!!
И деньги?!
Неееее, это не пофигу+
Ага! Неувязочка.
Хм, а неувязочка нам ПОФИГУ!”

Вот это “пофигу” и играет зачастую главную роль в гигантском слое фильмов, псевдо-литературе и новом искусстве. Обсуждая кино и вынимая смыслы, я пересмотрел свой взгляд на кино, и многие фильмы пожухли   красивые пустышки, не несущие в себе ответов, но и не позволяющие задавать вопросы. Всеобщая эйфория по поводу последней ленты Коэнов удивительна   братья показали, что пришло время отморозков. Окей, но я не хочу жить в таком мире! Упиваться зрелищными, изощренными убийствами? Кажется, кто-то болен, если обожает подобное. Если у Тарантино резня с хохмой, то Коэны пристально глядят на смерть. Конечно, с их стороны это может быть предупреждением, а фильм, не поняв, записали в классику. Много мертвечины стало в кино, и я говорю о безжизненности материала, а не конкретно о крови и насилии. Увы, но постмодернизм   удобная форма потребления. Смачно подано   и кому нужно больше? Мне   точно необходимо больше.

А что же “Револьвер”? Обсуждение ленты навело нас на новый тезис - “позитивный сценарий выхода из безумия”. Хочу предложить на эту тему картину Криса Нунана “Мисс Поттер” с Рене Зеллвегер в главной роли. Кстати, вам вопрос - может, вы знаете другие фильмы к этому тезису? Человек борется с безумием и побеждает. В этом плане есть еще две ленты - вышеупомянутый “Бойцовский клуб” и “Игры разума”. Но, чем больше выбор, тем интереснее.

Клубом движет условная тема: “Двадцать фильмов, которые должны посмотреть наши дети, чтобы понять нас”. Куда бы нас не двигала дальше эта затея, но пока именно эта фраза лежит в основе, то мне кажется верным использовать именно её в качестве основного фильтра фильмов, по крайней мере, пока не сформулировано что-то еще.  Три могилы - фильм интереснейший, к тому же он, так как просмотренный, уже в обойме. Я порекомендовал бы, да и буду его рекомендовать в качестве просмотра своим знакомым. Но никогда не скажу при этом, что, увидев этот фильм, кто-то поймет (лучше поймет) меня.

Паша представлял фильм, как решение вопроса “может ли измениться человек?”. Я уверен, что тот молодой пограничник из фильма изменился. Пусть это интересно само по себе, но не понимаю, как то, что мы все договоримся о том, что да, человек меняется, когда его сильно “встряхнут” (хотя не всем это было очевидно) скажет о том, кто есть мы.

Причем, для меня опять стал вопрос, кто же такие “мы”. Я готов в каждом конкретном случае становиться по разные стороны заявленного разрыва, потому что услышал фразу о том, что если не нахожу в фильме себя, то мне и предназначается фильм. Ничего другого, чем принять это на веру мне не остается. В таком случае все претензии (а по сути не претензии, а повышенное желание разобраться) к фильму снимаются  Но, мягко говоря, такой так сказать “дуализм” в себе осознать нелегко.

Сергей Иванович, если не ошибаюсь, говорил, что тема раскаянья и изменения пограничника в фильме - отнюдь не самое главное и гораздо интересней продолжить разговор о субъекте. Пусть будет так, но тогда непонятно, зачем требуется еще один (другой фильм), который может развить мысль.

В словах о том, что не хочется терять те смыслы, который есть в этом фильме, мне показалась установка на отход от жесткой структуры определенных тезисов к каждому фильму, что требовал Сергей Иванович. Показалось или нет, может, я вообще не так все понял, но появились некоторые мыслишки. Как оказалось, каждый новый принесенный фильм каким-то образом цепляется за уже просмотренные. Может, есть смысл сформулировать то общее, что способно соединить фильм за фильмом, но что бы это не цеплялось за каждый по отдельности? Тогда, когда соберется 20ка, мы уже сможем увидеть, выбивается ли какой-либо фильм из общей сетки смыслов. Тогда список уже будет не только списком, но и еще более организованной структурой, которой я не могу дать названия. В идеале, тезис(ы), который будет у каждого фильма, будет подходить и ко всем другим, только в меньшей степени проявляться.
Если посмотреть на “Три могилы” с такого ракурса, то сомнения по поводу включения его в двадцатку  у меня большей степени испаряются, потому что он во многом повторяет(укрепляет), то, о чем мы говорили до него, но и приносит с собой нечто новое.

Часто людям необходимы дополнительные условия, чтобы стать счастливыми, успешными. Чтобы жить. “Эх, была бы у меня зарплата пять тысяч долларов, да я бы”+ “Если бы у меня был свой дом, тогда”+ “Если бы мои родители не были бы нищими, я бы”+ У меня есть друг, который считает, что его жизнь изменится, если он переедет. А со стороны видится, что он ощущает себя “спящим красавцем”, заточенным в башню и охраняемым огнедышащим драконом. Только вот Благородная Дама никак не появляется, чтобы вызволить его из башни. Все хотят перемен к лучшему, но в идеале   без усилий. Лучше всего   чудом. Торжество инфантильности. Бывает, человек светится от счастья, говорит, что начал новую жизнь. Странно слышать   жизнь-то одна. Человек изменился, но ему кажется, что подвергся перемене целый мир. У меня было такое, и не раз. Обычно яркие ощущения дарят путешествия, но не каждое путешествие предполагает перемены. После погружения в road-movie “Земляничная поляна” мы в клубе подняли вопрос   меняется ли человек? Чтобы обосновать ответ, я предложил фильм “Три могилы Мелькиадеса Эстрада”.

Сюжет: Кто-то убил Мелькиадеса Эстрада и в спешке закопал близ места его смерти. Пит Перкинс (Томми Ли Джонс)   лучший друг Мелькиадеса, ищет улики, чтобы понять   кто убийца. Властям наплевать   Эстрада был нелегальным эмигрантом. Пит случайно узнает имя убийцы, забирается в его дом, похищает его и заставляет выкопать труп Мелькиадеса. Труп, ковбой и убийца отправляются в путешествие, в мексиканский городок Хименес. Так Пит готов выполнить обещание, данное Мелькиадесу   похоронить его на родине.

Это   вторая режиссерская работа Джонса, в Каннах за роль Пита актер получил “Золотую пальмовую ветвь”. В Европе разглядели все те слои, что заложил в свою ленту Джонс, но за режиссуру приз не дали, посчитали лучшим Ханеке. Но творение первого более глубокомысленно, даже экспериментально: в первые двадцать минут кадры нарезаны, как в “Криминальном чтиве”. Еще   Томми Ли не побоялся вслед за Линчем вскрыть суть американского бытия и поглумиться над ним. Пограничник и его жена, самая популярная пара в школе, переехали из Цинциннати в глухой городок близ границы Техаса и Мексики. Тоска неимоверная, сидишь себе, толстеешь. Или лежишь. Вымученный секс. Нет магазинов (для девушки это за гранью человечности). Только кафе, где с той же самой тоской сроднилась усталая официантка. По телевизору идет сериал, жуткое мыло. Диалог между мужем и женой.
Она: “Ты меня больше не любишь!”
Он: “Да? А кто платит за дом? За электричество и газ?”
Она: “А кто готовит и убирает в этом доме?”

Банальщина и гнусь. Этой трясине противопоставляются Мелькиадес Эстрада и его родина, Мексика. Мелькиадес пересек границу в поисках заработка, и единственное, что он хорошо умеет делать   пасти коз, овец и коров. Он   ковбой, как и герой Джонса. Его смерть   случайность, но не единственная. С гибелью чистого и наивного Мелькиадеса совпадения встанут в строй, чтобы цепью лечь на путь Пита и убийцы.

Впереди   встречи со слепым стариком и девушкой-целительницей, звонок из кафе, в котором девочка играет на расстроенном пианино, зеленые просторы, молчаливое небо и Хименес, городок, который придется воссоздать из снов, мечты и слез. Фильм о прощении и утверждении собственного мира, о границе между реальностями и воспитании, о верности данному слову и дружбе, о том, насколько тверды человеческие сердца, когда их хозяева в пути.

Я уверен, что жизнь заставит человека измениться, если он погряз в болоте собственной нежити   путем совпадений, ударов и даже путем угрозы самой жизни. Не всем везет получить такой пинок, но если это произойдет, уже не отвертишься   тебе придется измениться. И “Три могилы”   подтверждение этого тезиса. Ты будешь удивлен, на что способны окружающие, чтобы помочь тебе.

Я увидела фильм как девиз :”Люди! Помните! Изменяя вы совершаете БАНАЛЬНОСТЬ!”. Любая измена - это банальность. Сценарии измен прописаны и определены культурой, даже если этот сценарий приводит к выстрелу из ружья в конце. Рок возникает в сценариях, из которых невозможно вырваться. Вырваться из жизненного сценария можно только создав свой собственный, а значит рискованный поступок, не вписывающийся в рамки измены. В фильме ничего нет про любовь. Весь фильм про протекание ситуации измены где все, в общем, хорошо друг к другу относятся и ведут себя по правилам ситуации. Но какая нежить!

На этом месте в обсуждении Клуба возникла уже повторяющаяся ситуация, когда произносится примерно следующий текст :”Зачем вы перемудряете. Вы все придумываете ради игры мыслями. То, что вы обсуждаете, режиссер сказать не хотел и вы все здесь занимаетесь фигней!”. Слышать такое иногда бывает очень обидно, но отвечать я буду по содержанию. Да, мы ищем смыслы, которые ведут нас к собственному пониманию жизни. И поиск смысла не исключает переживаний и впечатлений. И смыслы, и переживания внутри человека существуют либо в разделенной форме - и тогда он ищет комфорт, либо целостной, созданной связи - и тогда он ищет гармонию внутри себя.
Слово “комфорт” заменило слово “гармония” в нашем языке уже достаточно давно.  Комфорт - это дорога от  неприятностей,  а гармония - это дорога  к радости. И это оказываются две абсолютно разные дороги.  Бедное  человечество настолько  намаялось за  последние десятилетия своего существования, что уже не верит в возможность радости, а вполне готово  довольствоваться  отсутствием острых проблем. И возникающая позиция в оценке даже фильмов, не говоря уже о событиях собственной жизни - “И так бывает, значит и так должно быть”. “Да, вот так и бывает в жизни, вот да, изменяют мужья женам, иногда (сейчас уже редко) их за эт о убивают. Так и устроена жизнь.  Почему вы считаете, что в фильме есть что-то еще? Вы выдумываете, чтобы повыпендриваться поигрывая философскими терминами!”. Я считаю, что в фильме есть что-то еще потому, что не хочу разделять свои мысли и переживания. Мои мысли говорят мне “фуй! Какая банальность эта маленькая любовь средних буржуа!” Мои чувства говорят мне “Во мне поднимается такая тоска и уныныние от того, что я вижу на экране! Я не хочу жить в таком мире, где это - норма по которой живут все, а значит, в той или иной роли, должна жить и я. Я не хочу быть ни в роли обманутой жены, ни в роли ветренной любовницы. А других здесь нет. Мне нет места в такой жизни, и я ощущаю свое несогласие с этим так остро, что не могу игнорировать свои переживания”. Я чень ценю Трюфо. И либо я должна сказать, что в данном конкретном случае режиссер снял банальный фильм о банальности (и тогда обсуждать здесь нечего, ну облажался матер), либо мои переживания входили в его замысел, и разобраться в смыслах, стоящих за моими отрицательными переживаниями и есть способ увидеть фильм.

С одной стороны я слышу претензии, что мы препарируем эмоциональные состояния, а с другой - тут же предлагается мне самой наплевать на мои собственные переживания, вызванные фильмом и не осмыслять их.  Я не согласна с тем, что  переживания кладут предел  размышлениям.  Иначе будет уже описанное “Ум с сердцем не в ладу”.  Если у человека мысли говорят “это обыденно, в принципе - это нормально”, а переживания говорят “какоя тоска! Жить так противно”, то сам этот диалог внутри меня о том, что есть некоторая проблема. Если я ищу комфорт, то, конечно, лучше эти мысли разделить подальше и вывести за рамки сознания. Если же вы по каким-то причинам ищете гармонию внутри себя и радость, то сначала придется проделать работу по выяснению данного конфликта и найти путь к его разрешению. Дольше и трудней, но результат того стоит. Для тех, кто о нем знает.

Мне нравятся разные фильмы. Даже те, что некоторые могли бы назвать скучными. Для меня 150 минут “Сталкера”   это выход в другое измерение, там иные ощущения и понятия. Аталанта. Чунгкингский экспресс. Усталая смерть. Короткие отрезки. В этих фильмах действия немного, но меня такое течение не усыпляет, не раздражает, не клонит в сон. В этот четверг я посмотрел самый, наверное, скучный фильм в мире. Если картина нагоняет тоску тоннами, будучи при этом безмозглой, прекращаю смотреть. Надеюсь, я достаточно терпеливый зритель, потому что сбежал где-то с десяти картин из всех просмотренных. В этом случае сбежать не удалось бы. И надежда теплилась: вдруг что-то произойдет? Тщетно. Трюффо снял самую тягучую, предсказуемую и до зубовной боли серьезную ленту. Картину-оскобление, суждение и приговор.

Сюжет: Издатель Пьер Ляшне летит в Лиссабон, чтобы прочитать там лекцию о Бальзаке. В отеле он знакомится со стюардессой Николь. Интрижка вырастает в роман, слишком мучительный для двоих.
Роман   это еще громкое слово. Скорее, это редкие случки. Трюффо неимоверно жесток к своим героям: Пьер   это тюфяк, способный испытывать страсть лишь к тому, что можно сложить в формат лекции или литературоведческого труда. Николь   истеричка, при этом в ее характере в течение фильма открылись грани, чуть ли не мазохистские. Жена Пьера, Франка, больна на всю голову. Почему же они так взбесили, эти персонажи и история, не стоящая выеденного яйца?

Трюффо   один из провозвестников “новой волны”. Его “400 ударов” стоят на одной полке с “Лифтом на эшафот”, “На последнем дыхании” и “Хиросима, любовь моя”. Эти режиссеры, отбросив методы и цели своих предшественников, решили создавать кино, побуждающее зрителя думать. Трюффо в 1964 году дошел до вердикта, отказав зрителю в возможности мыслить. Он подчеркнул целый пласт жизни, а именно   “супружеская измена”, и поставил точку, потребовав закрыть этот топик. По версии Сергея Ивановича, режиссер словно говорит: хватит об этом, уже все перетрясли, обсудили, пережили. Ответа нет! И не будет. Он ошибался, понятное дело+

Вернусь к минусам “Нежной кожи”. Действие ползет, поступки героев предсказуемы. Но хуже предсказуемости   их отвратность. Им не хочется сочувствовать, желаешь им смерти! Пьер убог в своей нерешительности, он даже записку с любовным посланием передать не может, бросает любовницу в чужом городе, неопрятно устраивает скандал, чтобы выйти из дома. Николь   та еще курица, изображает из себя большеглазого ангела, при этом откровенничает о том, как противен был секс с предыдущими партнерами таким тоном, словно говорит о погоде, а в финале она   расчетливая стерва, которая отсеивает любые чувства. Жена Пьера тоже хороша   пятнадцать лет брака она терпела болотную муть, под названием муж, а тут взорвалась! Выгнав Пьера из дома, она спустя время приглашает его, занимается с ним сексом, а потом, когда приходит подруга, возмущается, что ее муж приходил за ЭТИМ!

Когда этот паноптикум отплясал, я с шумом выдохнул. И мы всей командой еще час не могли нащупать   зачем этот фильм был предложен для просмотра? Да, виновника “торжества” с нами не было. Впервые мы столкнулись с тем, что в фильме смысл-то есть, но он неприемлем для “двадцатки”. Все просто: Трюффо (критик, ставший режиссером) хотел показать при помощи ходульных, плоских, фанерных персонажей и действий одну простую мысль: попав в ситуацию супружеской измены, КАЖДЫЙ будет вести себя так. Силков не избежать, потому что способа - КАК это сделать цивилизованно и с достоинством   не существует. То есть, перчатка в лицо зрителю: ты будешь бессилен что-либо сделать. Все туда проваливались, и тут уж либо не женись, либо в гроб ложись. Адские перспективы.

И мы просто могли бы разойтись по домам, плюнув на эту поделку. Но, сами понимаете, это не наш метод. Мы искали способ, как нам эту глухую и поучительную историю использовать. Шла речь о религии и постмодернизме, институте семьи и флешмобе от студентов филфака МГУ. Все же, не совсем бесполезным для нас оказался этот фильм, потому что мы вычленили тему: “Может ли человек вести себя достойно в ситуации супружеской измены? И как он должен себя вести?”. В ситуации, когда в нашей стране понятие “семья” воспринимается “детьми”, как пережиток, погибший вместе с СССР, такие темы стоит поднимать: семья, отношения, брак, любовь.